Почему и как Пакистан потерял Талибан – марионеточную армию ISI?
Автор: Абдунасер Нурзад, исследователь безопасности и геополитики, специально для «Сангара»
Недавние заявления и.о. премьер-министра Пакистана относительно формирования легитимного правительства в Афганистане вызвали немало спекуляций. Например, действительно ли Пакистан стал настолько слабым, что пытается изменить нынешнюю ситуацию в Афганистане со столь слабой позиции? Или что Пакистан все еще ведет новую разведывательную игру, чтобы воспользоваться возможностью для дальнейшего существования и выживания Талибана у власти.
Талибан был основной боевой и прокси-армией на службе стратегических целей Пакистана. Создание этой группы напрямую связано с экономическими, политическими интересами и интересами безопасности Пакистана. Так как же получилось, что после успеха Пакистана в Афганистане сорок лет спустя эта страна хочет создать законное правительство? По сути, какие интересы Пакистана обеспечиваются при формировании легитимного правительства, чего не в состоянии обеспечить Талибан?
Ясно одно: у Пакистана были проблемы со всеми политическими системами Афганистана с момента его создания. Пограничный вопрос, гидрополитика в отношении вод реки Кунар, стратегическая глубина этой страны, включая политику, экономику и безопасность, конкуренция со странами региона, афганские рынки и доступ к энергоресурсам и рынкам Центральной Азии для пакистанских товаров являются основными целями Пакистана. Что заставило эту страну отвернуться от Талибана?
Рассмотрев несколько возможностей, автор оценивает последние заявления и.о. премьер-министра Пакистана следующим образом:
Во-первых, Пакистан может быть разочарован своим полным контролем над Талибаном и руководством группировкой для продвижения своих интересов. Потому что сейчас Талибан пытается рационально наладить отношения с такими могущественными странами, как США, Евросоюз, Китай, Россия и Индия. Этот процесс идет не так, как хочет Пакистан. Между тем, разногласия внутри Талибана позволяют различным игрокам из региона и за его пределами вербовать группировку для достижения своих долгосрочных политических целей. Такое поведение больше не отвечает интересам Пакистана;
Во-вторых, возможно, что, запуская эту новую политическую игру, Пакистан пытается следовать новой «дорожной карте» ООН, в которой особое внимание уделяется созданию всеобъемлющей конституции и правительства, а также превращению Афганистана в активного члена международного сообщества. Таким образом, Исламабад подготовит почву для своей активной роли. Потому что Пакистан понимает, что режим талибов не может просуществовать долго и что у великих держав могут быть и другие планы. Следовательно, он хочет идти в ногу с политикой великих держав и региона. По мнению пакистанцев, на данном этапе полная поддержка Талибана бесполезна;
В-третьих, проблема воды реки Кунар очень важна для Пакистана. Более того, вопрос доступа к рынкам Центральной Азии и энергетической безопасности Пакистана, которая должна обеспечиваться из Центральной Азии, является одним из наиболее важных и жизненно важных вопросов для Исламабада и его уязвимой экономики. Талибан недавно продлил контракт с китайцами на строительство плотины в Кунаре и хочет взять под контроль воду реки Гильменд. В случае реализации эта программа (международная ставка установлена на уровне 2 долларов США за кубический метр воды) принесет серьезные экономические выгоды режиму, находящемуся под санкциями: Афганистан имеет возможность продавать 30 миллиардов кубических метров воды в год. Это может составить 60 миллиардов долларов в год. Кроме того, если на реке Кунар будет достроена ГЭС, будет освоено много воды, а национальный доход Афганистана увеличится в несколько раз. Между тем ежегодно из Афганистана забирается не менее 13–15 миллиардов кубометров воды - без дохода и не в соответствии с международными стандартами. Среднегодовой объем поверхностных вод в Кабул-Кунарском бассейне составляет 17,1 миллиарда кубических метров, что составляет менее 14% от общего годового объема воды страны. Сейчас из этого количества воды используется около 5,4 миллиарда кубометров, а остальные 11,8 миллиарда идут в Пакистан.
В-четвертых, Пакистан, который всегда контролировал Афганистан, крайне боится самодостаточности Талибана. Водные ресурсы, транзитный маршрут через Афганистан в регион, который пытаются создать Талибан, контакты группировки с Китаем, взаимодействие с США и другими странами в долгосрочной перспективе выведут Талибан из полной монополии Пакистана и пакистанская историческая инвестиция пойдёт в пух и прах. Поэтому усилия Пакистана всегда направлены на поддержание необходимого и своевременного давления на Талибан, чтобы Исламабад продолжал контролировать эту страну;
Пятое. Пуштунский вопрос и желание Талибана создать Большой Пуштунистан всегда являются источником беспокойства Пакистана. Усилия этой страны направлены на то, чтобы под давлением этой страны Талибан продолжал избегать идеи единства пуштунов по обе стороны границы.
Пакистан всегда обеспокоен своей безопасностью, экономическими и политическими интересами в Афганистане. Логика поддержки терроризма в последние двадцать лет и даже раньше группировок моджахедов заключалась в защите этих интересов. Льготы, гарантирующие политическую, экономическую жизнь и безопасность Пакистана, и неспособность их реализовать приведут к политическому, экономическому и политическому краху этой страны в критических условиях;
В-шестых, Пакистан боится сильных националистических идей некоторых фанатичных пуштунских кругов среди Талибана. Если эти круги найдут подходящую возможность, они смогут сыграть более эффективную роль в борьбе за независимость и защиту прав пуштунов и привести к множеству проблем безопасности и политических проблем для политической системы и системы безопасности Пакистана. Чтобы предотвратить объединение пуштунов по обе стороны “линии Дюрана”, Пакистан не видит продолжения режима Талибана в своих интересах. Многие резко критикуют политику безопасности Пакистана, которая бросает тяжелую тень на дипломатию страны, и обвиняют ее в ухудшении ситуации с безопасностью, усилении Талибана и создании враждебности среди афганского народа против Пакистана. В глазах пакистанцев контроль над Афганистаном всегда был приоритетом. Но эта политика привела к противоположным результатам и к угрозе безопасности самого Пакистана.
Эксперты говорят, что цель подобных действий Пакистана – оказать давление на правительство Талибана, которое был сшить в политике безопасности Пакистана в отношении Афганистана. Политика, полная ошибок и злоупотреблений, которая привела лишь к распространению экстремизма, терроризма и созданию сетей незаконного оборота наркотиков и оружия. Теперь давайте посмотрим, в какой степени эти заявления могут повлиять на взгляды и политику пакистанцев в отношении контролируемого Талибаном Афганистана, на выживание группировки у политической власти и на решение поддерживать или не поддерживать ее, а также привести к смене парадигмы в пакистанской политике в отношении Афганистана.