Трамп отправляет своего зятя проигрывать войну
Автор: IFLA (Австралия)
Джей Ди Вэнс прилетел в Пакистан вести переговоры с цивилизацией, которая занимается геополитикой ещё с тех времён, когда белые люди даже штаны не изобрели.
Вэнс привёз с собой жену.
Не заместителя госсекретаря. Не генерала. Даже не более-менее компетентного карьерного сотрудника Госдепа, который хотя бы знает, где находится Ормузский пролив. Он привёз Ушу. Свою жену. На переговоры о войне. Самый важный дипломатический момент со времён окончания холодной войны — а Джей Ди решил: ну да, устрою себе длинные выходные, возьму жену, посмотрим Пакистан.
Пакистан встретил иранцев министром иностранных дел, начальником штаба армии, спикером парламента и министром внутренних дел — все стояли на взлётной полосе в полной церемониальной форме.
Америка отправила парня, который написал книгу о том, как грустно быть родом из Огайо.
А ещё есть Джаред Кушнер. Джаред, чёрт возьми, Кушнер. Человек, чья единственная квалификация — это удачная женитьба. Что одновременно является и его бизнес-моделью, и внешнеполитическим опытом, и, похоже, теперь ещё и военной стратегией. От него исходит энергия человека, которому никогда не говорили «нет», потому что вокруг либо платили за молчание, либо боялись. В прошлый раз он уже участвовал в ближневосточном мирном процессе — и не добился ничего, кроме собственного обогащения на сотни миллионов долларов. Поэтому Трамп снова его позвал.
Джаред Кушнер на мирных переговорах — это как пригласить сантехника делать операцию на мозге, потому что он хорошо разбирается в трубах и вы ему доверяете.
И вот эти два человека сидят напротив иранской делегации из 71 человека, в которую входят лидеры парламента, главы служб безопасности, военные командиры, экономисты, юристы и технические специалисты. Иран привёз технические комитеты. Америка привезла человека, чья последняя крупная сделка — продажа этажей небоскрёба саудовскому фонду.
Иранцы назвали свою делегацию «Минаб 168» — в честь 168 детей, погибших при ударе по школе. Они привезли с собой школьные рюкзаки погибших детей. Они вошли в зал переговоров, неся на себе груз этих 168 детей — и, посмотрев на Джареда Кушнера в облегающем костюме, подумали: да, мы справимся.
(Школьные сумки некоторых детей из Минаба были размещены на сиденьях в иранском самолёте, направлявшемся в Исламабад. Telegram / Аббас Арагчи)
Главный переговорщик Ирана по прилёте сказал:
«У нас есть доброжелательность, но нет доверия».
Главное «достоинство» Вэнса — это то, что он когда-то сравнил себя с книгой, которую сам же и написал. Это дипломатический эквивалент фразы в резюме: «сам себя считаю отличным парнем».
Пакистан объявил выходные. Закрыл весь Красный район. Развернул 10 тысяч сил безопасности. Покрасил бордюры. Развесил флаги. Освободил отель Serena на весь уикенд.
Иран получил приём, достойный победоносной армии.
Джей Ди и Уша получили лестницу.
А где-то в Мар-а-Лаго человек с интеллектом сотрясённого кирпича пишет посты про танкеры, искренне считая, что побеждает — потому что никто вокруг не имеет права сказать ему обратное, а двое, кого он отправил спасать его наследие, не смогли бы найти Ормузский пролив даже с геополитическим GPS.
Иран не просто превзошёл США по огневой мощи в этой войне.
Они превзошли их по уровню на переговорах ещё до того, как было произнесено хоть одно слово.
И Джаред Кушнер ещё попытается каким-то образом выжать из этого комиссию посредника. Посмотрим.