Маулави Халис завещал членам своей партии после его смерти присоединиться к устаду Раббани.
Автор: Хафиз Мансур, политик и писатель, один из руководителей партии «Джамиат-и Ислами» и Фронта национального сопротивления Афганистана
Маулави Мухаммад Юнус Халис (1919–2006) был одним из руководителей семи джихадистских организаций, штаб-квартиры которых в годы джихада находились в Пешаваре. Хотя он получил образование в религиозных медресе, ещё до начала джихада поддерживал связи с лидерами исламского движения, вышедшими из Кабульского университета.
Он писал статьи и выступал с речами на различных собраниях и конференциях. В те же годы он перевёл с арабского на пушту известный труд Ибн Таймии «Ас-Сияса аш-шария» («Управление в соответствии с шариатом»).
Первоначально маулави Халис сотрудничал с Исламской партией под руководством инженера Гульбеддина Хекматияра. Однако вскоре он основал другую организацию — Исламскую партию Афганистана, которая стала известна как «Хезб-и Ислами Халис» («Исламская партия Халиса»).
Среди руководителей джихадистских организаций он выделялся своей окрашенной хной бородой и остроумными, нередко саркастическими высказываниями. Маулави Джалалуддин Хаккани, Хаджи Абдул Кадир Хан и командир Абдул Хак были одними из известных военачальников, находившихся под командованием маулави Халиса.
Среди лидеров джихада Халис поддерживал особенно тёплые и искренние отношения с устадом Бурхануддином Раббани, который, в свою очередь, относился к нему с большим уважением и симпатией. Однажды покойный устад Раббани, восхваляя маулави Халиса, назвал его «старым партизаном». В другой своей речи, когда маулави Халис отказался присоединиться к союзу джихадистских организаций, Раббани заявил: «Союз без Халиса — нечистый союз». Это была игра слов, поскольку имя «Халис» означает «чистый», а «нахалис» — «нечистый».
Говорят, что в последние годы своей жизни, проживая в Нангархаре, маулави Халис завещал членам своей партии после его смерти продолжить деятельность под руководством устада Раббани.
О чувстве юмора маулави Халиса сохранилось немало историй. Например, когда он женился во второй раз, его брак стал предметом обсуждений, как это нередко бывает в подобных обстоятельствах. Во время одного из заседаний совета руководителей джихадистских организаций инженер Хекматияр сделал саркастическое замечание по поводу его женитьбы. В ответ маулави Халис сказал: «Эй, Гульбеддин, мальчик мой! Похоже, моя женитьба расстроила тебя гораздо сильнее, чем мою первую жену».
Ему приписывают и другую историю. Однажды, комментируя постоянно меняющиеся политические позиции Хекматияра, маулави Халис заметил: «Хекматияр, ты стал для нас словно горящие штаны: если снимем их, останемся голыми и опозоримся перед всеми, а если оставим на себе, ты сожжёшь нам задницу».
В те годы я несколько раз посещал его офис в качестве журналиста. Это было простое место, совершенно лишённое помпезности и церемоний. Во время этих встреч нас угощали шурпой — традиционным мясным супом, хотя сам покойный маулави ел только мясо. Причина этого осталась для меня неизвестной.
Покойный маулави обычно носил жилетку европейского производства — цвета хаки, с многочисленными карманами. Я слышал, что на Западе подобные жилетки носят рыбаки, хотя Аллаху ведомо лучше. Любопытно, что карманы его жилетки всегда казались набитыми до отказа.
Как объясняли люди из его окружения, каждый карман фактически выполнял функцию отдельного отдела партийного аппарата: в одном находились документы по военным вопросам, в другом — политические бумаги, в третьем — материалы по культурным вопросам и так далее.
Насколько достоверными были эти истории, известно лишь Богу. Тем не менее именно так описывали ситуацию люди из его окружения.
По сути, весь организационный аппарат одной джихадистской партии умещался в одной жилетке.