Как Масуд предложил ему безопасный выезд из Кабула?
Автор: Инженер Хабиль, помощник маршала Мухаммада Касима Фахима
В воскресенье, 6 мизана 1375 года, что соответствует 27 сентября 1996 года, между послеполуденной и вечерней молитвами, в последний день правления моджахедов в Кабуле, ожесточённые бои продолжались только на оборонительном рубеже вдоль дороги Пули-Чархи. Воздух во всём Кабуле был наполнен дымом и пылью. На остальных оборонительных рубежах города, включая Арганди и дорогу к Майданшахру, Гульбаг и Ришхор, высоты Хайрабада в западной части Кабула, а также Сангнавишту на направлении к Чахарасиабу и Банд-и-Гази, обстановка была относительно спокойной.
Бои вдоль дороги Пули-Чархи продолжались с прежней силой и ожесточением: отступления чередовались с сопротивлением. Мы с Фахим-сахибом находились на холме, с которого открывался вид на бывший госпиталь на четыреста коек, незадолго до этого получивший имя «Сардар Мухаммад Дауд-хан».
Конечный исход событий на фронте был почти ясен. В то время покойный Амир-сахиб находился в штабе в Джабаль-ус-Сирадже и поддерживал постоянную радиосвязь со мной и с другими радиосетями подразделений, участвовавших в боях, запрашивая донесения и уточняя обстановку.
Амир-сахиб сказал мне:
“Скажи Фахим-хану: тебе больше незачем оставаться там. Отойди немного назад, чтобы ты мог собраться с мыслями и как следует командовать войсками”.
Я передал слова Амир-сахиба маршалу, который в тот момент беседовал с командирами муллой Сабуром и Мумином Шабой.
Закончив разговор с этими командирами, он вызвал Амир-сахиба по рации:
«25, Тарик, слышишь меня?»
Тот ответил:
«Тарик 25, слушаю. Как обстановка?»
После того как Фахим-сахиб описал положение и объяснил, докуда дошли бои, Амир-сахиб продолжил:
«В таком случае, учитывая обстановку, тебе больше не следует там оставаться. Спускайся и расположись у подножия перевала Хайрхана, чтобы оттуда ты мог спокойно заниматься делами».
Фахим-сахиб сказал:
«Да, верно. Но я до сих пор остаюсь здесь, чтобы до последнего момента держать положение под контролем и дать братьям, удерживающим рубежи в других частях Кабула, возможность оставить свои позиции и безопасно выйти. Если, не дай Бог, фронт на этом направлении быстро продвинется вперёд, у ребят не будет ни времени, ни возможности безопасно выбраться, и, не дай Бог, все они попадут в плен».
Амир-сахиб сказал:
«Хорошо, но будь осторожен и сам тоже переберись в более безопасное место».
Амир-сахиб стремился к тому же, что и Фахим-сахиб. Фахим-сахиб оставался там ради моджахедов, удерживавших остальные пояса обороны: если бы обстановка изменилась и противник продвинулся по дороге через девятый район, все они оказались бы отрезаны в городе. Амир-сахиб, в свою очередь, очень тревожился, что и сам Фахим-сахиб может оказаться в окружении.
Мы оставались на той высоте ещё полчаса. Амир-сахиб снова вышел на связь. На этот раз он так спешил, что даже не назвал нашу радиосеть и сразу позвал:
«Хабиль! Хабиль! Халид, слышишь меня?»
Я ответил:
«Слышу, сахиб!»
Он спросил:
«Куда вы добрались?»
Мне пришлось сказать правду:
«Амир-сахиб, мы всё ещё на том же холме и пока не тронулись с места».
Когда Амир-сахиб немного сердился, он порой обращался к своим близким друзьям словом «Агазаде» (Господин).
Он сказал мне:
«Скажи Агазаде: я говорил тебе отойти назад, в более безопасное место».
Фахим-сахиб, услышавший голос Амир-сахиба, сказал:
«Передай ему: хорошо, выдвигаемся».
От имени Фахим-сахиба я заверил Амир-сахиба, что мы сейчас спустимся.
Прошло несколько минут. Маршал сказал человеку, ответственному за охрану и машины:
«Приготовьтесь. Поехали».
Когда мы собирались выезжать, маршал, несмотря на сложную обстановку, к нашему полному изумлению сказал:
«Сначала заедем в управление безопасности. Пока я не совершу там послеполуденную молитву, из Кабула не уеду».
Мы уже добрались до улиц Вазир-Акбар-хана, когда Амир-сахиб вышел на связь в третий раз. Я ответил:
«Слушаю».
Он произнёс свою привычную фразу:
«Передай трубку своему первому».
Я сидел в машине рядом с Фахим-сахибом, и тот взял рацию. Он отозвался:
«Халид, Тарик, слушаю!»
Амир-сахиб спросил:
«Что вы сделали?»
Маршал ответил:
«Мы спустились с холма и направляемся к перевалу Хайрхана».
О своём решении заехать в управление и совершить послеполуденную молитву он не упомянул.
Амир-сахиб сказал:
«Хорошо».
Они сказали:
“Да, господин Фахим-сахиб. Мы передали доктору Наджибу ваши слова и приветствия, а также слова и приветствия Амир-сахиба. Он внимательно выслушал и в конце, обрадовавшись тому, что вы и Амир-сахиб вспомнили о нём и справились о его положении, сказал:
“Передайте привет инженеру Масуд-сахибу и Фахим-сахибу и выразите им обоим мою признательность и благодарность. Скажите: ещё раз большое спасибо за то, что вы помнили обо мне. Поскольку я нахожусь в представительстве ООН, иншаллах, поводов для беспокойства нет. Я останусь здесь, а дальше посмотрим, что будет. И ещё заверьте инженера Масуд-сахиба и дорогого Фахима: если Бог даст, через несколько дней я смогу оказать вам большую услугу“.
Маршал сказал мне:
“Соедини меня с Амир-сахибом”.
Я вызвал его по рации. Амир-сахиб ответил.
Маршал передал ему ответ доктора Наджиба:
“По вашему указанию я отправил доктора Мисбаха и Ага-сахиба к доктору Наджибу. Они передали ему ваши слова. Он обрадовался тому, что мы с вами справились о нём, и сказал: “Спасибо вам за то, что в таких обстоятельствах вы помнили обо мне. Я никогда не забуду вашей доброты. Но пока моё решение — остаться здесь. Иншаллах, поскольку здесь находится представительство ООН, мне ничто не будет угрожать. И я уверен, что в ближайшие два-три дня окажу вам большую услугу!”
Амир-сахиб сказал:
“Хорошо. Наши слова, наша забота о нём и готовность обеспечить его безопасный выезд до него доведены. А дальше ему самому решать”.
Когда радиосвязь с Амир-сахибом завершилась, маршал снова обратился к тем двум братьям:
“Ещё раз сходите к доктору и снова скажите ему от моего имени: в нынешней обстановке, с учётом грядущих перемен, никаких гарантий нет. Никто не может быть уверен в том, как всё сложится и куда будут развиваться события. Скажите: на этот раз сам Фахим отправил нас передать вам — пожалуйста, поедемте с нами!”
Они снова отправились к нему.
Друзья, читающие эти строки, многие из вас, вероятно, знают, что нас и представительство ООН разделяла всего одна дорога.
После их ухода Фахим-сахиб встал на намаз, чтобы совершить послеполуденную молитву, с которой уже немного запоздал.
Во время молитвы зазвонил стоявший на столе телефон с четырёхзначным номером. Я ответил. Это был покойный доктор Мисбах, звонивший из представительства ООН.
Он сказал:
“Дорогой Хабиль, слышишь меня?”
Я ответил:
“Да”.
Он сказал:
“Я передал доктору слова Фахим-сахиба, но он повторил свой прежний ответ и не хочет уезжать с нами. Что нам делать?”
Я дождался, пока маршал, совершавший последний ракят намаза, закончит молитву. Затем он сказал покойному Мисбаху:
“Ещё раз скажи ему, что ему не следует беспокоиться насчёт нас или Амир-сахиба, как уже было ясно сказано в послании Амир-сахиба. Если он не согласится, возвращайся сам. Но Ага-сахибу, ответственному за безопасность представительства, скажи, чтобы он оставался на своём посту”.
Маршал закончил намаз и в эти крайне напряжённые и опасные минуты ждал окончательного ответа доктора Наджиба. Не прошло и пяти-десяти минут, как покойный доктор Мисбах вернулся.
Он сказал:
“Я в третий раз поговорил с доктором Наджибом.
Он ответил:
“Передай привет Фахим-сахибу и скажи ему: Наджиб говорит, что до конца жизни будет благодарен вам за вашу доброту. Большое спасибо. Пожалуйста, не беспокойтесь обо мне. Желаю вам успехов и здоровья. Но у меня есть одна просьба: если вы будете так любезны, разрешите этим двум охранникам из панджшерских ребят, которые всё это время находились здесь со мной, остаться при мне. Иншаллах, я позабочусь о них“.
Фахим-сахиб сказал:
“Передайте Ага-сахибу от моего имени, чтобы он велел этим двум охранникам ни при каких обстоятельствах не оставлять доктора Наджиба, пока тот желает, чтобы они оставались рядом”.
Получив окончательный ответ доктора Наджибуллы, мы поспешно покинули управление безопасности. К тому времени бои уже дошли до перекрёстка Макрориён — перекрёстка имени покойного Абдулхака. По указанию Амир-сахиба мы добрались до подножия перевала Хайрхана, где располагалась 16-я дивизия, а позднее находилось управление 17-го полицейского района.
К сожалению, все мы знаем, что впоследствии произошло с доктором Наджибом.
Важно то, что, несмотря на всю занятость, напряжённую обстановку и ожесточённые бои, Амир-сахиб до конца занимался этим вопросом. Неоднократно связываясь и несколько раз отправляя к нему людей, он предоставил доктору Наджибулле возможность и средства для выезда из Кабула. Тем самым он ясно довёл до него своё предложение и предупреждение, не оставив места для сомнений.
Таково наиболее точное изложение того, как Амир-сахиб предложил доктору Наджибулле покинуть город Кабул.