Почему талибам важно уничтожить Фронт национального сопротивления Афганистана?
Автор: Андрей Серенко, руководитель Аналитического центра Общества политологов России
Режим Талибана уже несколько недель перебрасывает своих боевиков из южных провинций Афганистана в Панджшер и Андараб, где находятся базы вооружённых групп ("боевого крыла") Фронта национального сопротивления (ФНСА). Нет сомнений, что Талибан готовится к крупной операции с целью "окончательного решения проблемы ФНСА" в 2023 году.
Почему для талибов так важно уничтожить вооружённые группы Фронта сопротивления в Панджшере и Андарабе?
1 - Наличие вооружённых групп ФНСА делает незавершённой победу Талибана. Хотя режим "яростных мулл" после 15 августа 2021 года и контролирует практически всю территорию Афганистана, в Панджшере и Андарабе остаются боевые группы вооружённой оппозиции ФНСА, с которыми талибам до сих пор не удаётся справиться. Это делает их режим не легитимным не только с точки зрения права, но и не вполне легитимным с точки зрения силы.
2 - Вооружённые группы ФНСА выгодно отличают Фронт сопротивления от других групп афганской оппозиции, которые находятся в эмиграции и не могут похвастаться наличием "боевого крыла" внутри Афганистана. Для Талибана важно ликвидировать любые признаки присутствия оппозиции (тем более вооружённой) на территории страны, тем самым, дав понять афганскому и мировому общественному мнению, что никакой альтернативы режиму талибов внутри Афганистана нет.
3 - Хотя вооружённые группы ФНСА в Панджшере и Андарабе сегодня существенно ограничены в своих военно-политических амбициях, тем не менее, они представляют собой каркас для потенциального развёртывания более крупного и масштабного вооружённого движения ("Северный альянс 2.0"). Если у ФНСА появится надёжная поддержка из-за рубежа (а это не исключено) или внутри Афганистана резко изменится политическая ситуация (например, под воздействием внутренних конфликтов в Талибане), то панджерско-андарабское Сопротивление достаточно быстро превратится в реальную силу, способную контролировать крупные регионы (как минимум, несколько провинций) Северного Афганистана.
4 - Стремящийся к международному признанию режим террористической организации Талибан не приемлет любой не террористической альтернативы внутри Афганистана. Для талибов тот же ИГИЛ гораздо менее опасный в политическом отношении противник, чем Фронт национального сопротивления Афганистана. "Яростные муллы" хотели бы, чтобы в глазах мирового и регионального сообщества политические альтернативы внутри Афганистана выглядели бы как "или Талибан, или ИГИЛ", но никак не "или Талибан, или ФНСА". В первом случае, как альтернатива ИГИЛ, талибы могут рассчитывать на политическое признание. Во втором случае, как альтернатива ФНСА, нет.
5 - Лидеры и представители Фронта национального сопротивления Афганистана в последнее время неформально и довольно активно контактируют с представителями мировых и региональных государств (в том числе, с Россией). Можно только предполагать, какие сюжеты обсуждаются в ходе этого общения. Разумеется, это не может не настораживать талибов и их союзников, которые не без оснований опасаются угрозы трансформации пандшерско-андарабского сопротивления в более масштабный и сильный проект внутри Афганистана. Поэтому для режима Талибана становится приоритетной задачей ликвидация "боевого крыла" ФНСА, чтобы ни у кого не было соблазна и возможности играть против талибов или без талибов в афганской "большой игре". Безальтернативность Талибана лишит страны региона и мировые державы и без того узкого коридора возможностей в Афганистане, заставив их смириться с любыми талибскими практиками и принципами организации социально-политической жизни в стране.
