Как американцы уничтожали солдат афганской армии?
Автор: «Неизвестный солдат», псевдоним бывшего офицера афганского спецназа.
Подготовил Хасиб Сангар, корреспондент "Сангар"-а в Гиндукуше
На фото: Одна из баз Афганской национальной армии в Мангалхе
Американская программа развертывания талибов в провинции Баглан началась в августе 2018 года. Тогда талибы атаковали взвод Афганской национальной армии (АНА) в деревне Алауддин района Баглани-Джадид (Новый Баглан), убив более 50 молодых солдат, в основном таджиков и узбеков. Я лично своими руками выгрузил из грузовиков трупы более 50 погибших.
Через три дня после этого инцидента силами, дислоцированными в Баглане, была проведена операция. Мы отправились в Алауддин, где я лично участвовал в операции. Мы очистили всю территорию и заняли ее.
Однако по коварному плану, подготовленному военным руководством, оперативные силы были выведены из Алауддина, а через несколько километров в обратном направлении в селе Мангалха были созданы три новые базы - одна для местной полиции или ополчения, другой для национальной полиции и четвертый для национальной армии. Последний был крупнее и располагался на вершине холма. Большинство парней, размещенных на базах, были таджиками и узбеками из провинций Бадахшан, Баглан и Тахар.
Создание баз заняло почти месяц. Там было много правительственных войск, в том числе генерал Джалал Яфтали и его бригада также были задействованы в этой миссии. На базах дислоцировалось около 40 солдат АНА, чуть меньше число полиции и народной милиции, всего более 100 человек.
Когда все было завершено, другие силы покинули район и обосновались в Пули-Баширхане, в нескольких километрах от центра района. Руководство разместило там взвод АНА и заявило, что остальные силы должны отправиться в Пули-Хумри, центр провинции Баглан. Было решено, что 5 танков полицейского спецназа, 8 танков армии и 4 танка местной полиции будут присутствовать для поддержки баз Мангалхо в течение одной или двух ночей, а затем покинут этот район.
Потом на оперативном совещании было решено, что я должен остаться в этом районе с группой спецназа для поддержки баз.
Вечером того же дня над нашими головами пролетели два американских самолета и направились в сторону гор Алауддина. Один из моих друзей заметил, что эти самолеты очень подозрительны. Куда они идут в это время? Каков их план? Действительно, это было подозрительно. Один из наших связался со своими источниками в Алауддине и узнал, что около 50 американских солдат высадились за горами деревни.
В 21:00 мне позвонили из штаба, чтобы я собирался и ехал в Мангалхо. Когда я двигался с 5 танками, из 8 армейских танков с нами двинулся только один. Из 4-х танков местной полиции два танка достигли Мангалхо раньше нас, а от двух других вестей не было.
Пока я был в пути, мне позвонил один из моих друзей из штаба и сказал: “Командир сахиб, тебя предали, сегодня ночью у них есть план на тебя, может быть, они убьют тебя, и это твоя последняя ночь и твоя последняя операция. Обрати на это внимание! Думай о себе!" Но мои друзья были на передовой и ждали нас. Я сказал себе: будь что будет, все в руках Божьих!
Я составил план таким образом, чтобы, когда мы пойдем вглубь, противник не смог подрезать нас сзади. Для этого мы разместили часть сил в нужном месте и пошли вперед.
Бой начался около часа ночи. Атака была на нас – сил подкрепления, базы полицейских и местного ополчения. Позже я узнал, что в этой атаке талибов участвовали все силы талибов в провинции Баглан. Им помогали талибы районов Чахардара и Калай-Зал Кундуза, Самангана и других провинций, участвовали и иностранные террористы.
На фото: боец спецназа Саид Хаким принял мученическую смерть в ту ночь в Мангалхе
К сожалению, силы, которые мы разместили позади нас, подверглись жестокому нападению талибов. Они были вынуждены отступить, и большинство из них погибло. Мы были окружены. Талибы взяли под свой контроль этот район.
Когда мы укрылись в одном из домов, то по ту сторону стены, а также по рации были слышны голоса иностранцев, говорящих на совершенно неизвестном нам языке - ни пушту, ни дари, ни английском, ни пенджаби. Это были иностранные террористы, по всей видимости, говорящие на тюркских языках.
Менее чем за полчаса пали обе базы - и ополчения, и полиции. Тут мы заметили, что боя на базе АНА на вершине холма не было, и оттуда нам не помогали. Мы надеялись, что, когда эта база еще держится и ее еще не атаковали, мы сможем перебраться к ней и продолжить бой оттуда с помощью солдат.
Это был наш единственный путь к спасению. Мы пытались связаться с базой, но не получилось - не работали мобильная связь и рации. Все было отрезано. Остальные силы в деревне либо бежали, либо были убиты.
Там были я и еще четыре человека из полицейского спецназа. Тем методом и тактикой, которые у нас были, мы боролись до утренней молитвы и тем самым спасли себе жизнь. Все ребята, которые были с нами, человек 15, погибли.
Наконец, на имевшемся у нас танке мы двинулись на базу АНА. Когда мы двигались, нас обстреливали с нескольких позиций, но мы сопротивлялись и шли вперед. Враг изо всех сил старался уничтожить нас. Талибы преследовали нас на своих мотоциклах. Наш танк был выведен из строя попаданием ракеты. Мы оставили его под холмом и сами поднялись на базу. К счастью, Бог помог нам, и мы смогли покинуть район боевых действий и добраться до базы АНА.
Но я хотел бы, чтобы мы все умерли и не видели всего этого!
Когда мы добрались до базы, то увидели жуткое зрелище. Все оборудование за пределами базы было уничтожено, а солдаты были залиты кровью и застрелены. Ворота были открыты. Когда мы вошли, то увидели, что все убиты и никого нет в живых.
Наши надежды рухнули. Оставаться там было равносильно смерти, мы поднялись на гору. Чудом мы вышли из района через горы, и по дороге встретили под скалой раненого молодого солдата. Он был ранен в руки и ноги, его одежда была пропитана кровью. Мы взяли его с собой и спросили, что случилось. Почему вы не поддержали нас? Почему ваши солдаты погибли, не сражаясь?
История, которую он рассказал, была очень шокирующей и невероятной и десятикратно умножила наш страх. Он рассказал мне следующую историю, которую я цитирую:
“Около часа ночи, когда талибы атаковали базы спецназа полиции и народного ополчения, мы выпустили по противнику две ракеты и хотели поддержать вас. Но две гранаты или ракеты попали в центр базы, откуда шел красный огонь и дым. В течение минуты весь персонал базы был отравлен и все рухнули в изнеможении. Никто не мог взять оружие, чтобы стрелять. Как будто все произошло во сне. В этот момент на базу со стороны верхней части - горы, вошла тяжеловооруженная группа. Я своими глазами видел, что все они были американцами. У них было лазерное оружие и M4, они были одеты в американскую военную форму, на головах у них были каски и очки ночного видения, а на спинах вещмешки. В общем, они были во всеоружии. Они вошли на базу и начали расстреливать наших бойцов. Один за другим они стреляли в моих товарищей, но никто из нас не мог открыть огонь. Мы просто смотрели, как нас убивали. Я смотрел на них и удивлялся, почему я не могу стрелять в них. Нас отравили, и яд сделал нас настолько бессильными, что у нас были открыты только глаза, а руки и ноги не работали. В меня тоже стреляли и я медленно упал в окоп рядом с которым находился. Пули попали мне в руку и ногу. В этот момент я полностью потерял сознание. Позже я пришел в себя от звуков выстрелов и ракет и сказал по себе, что мне нужно уходить оттуда”.
Солдат был стройным юношей из района Кишм провинции Бадахшан. Я забыл его имя. Он рассказывал и плакал от волнения и кричал: “Клянусь Богом, клянусь Кораном, нас убили американцы, а не талибы. Мы просто сидели и смотрели, как нас убивают!”
На фото: Cолдаты местной полиции, некоторые из которых приняли мученическую смерть в ту ночь в Мангалхе
Мы, находившиеся внизу и не знавшие о таком повороте событий, пришли к выводу, что американцы высадились в горах на вертолетах и вырезали этих солдат АНА. Они вошли с гор и отступили тем же путем. Они не отобрали у солдат оружие и не разрушили ни технику, ни здание базы. Все, начиная от баз, которые мы построили с большими затратами, заканчивая танками и оружием, попало в руки талибов.
Мы тайно двинулись в центр района - Баглани Маркази (Центральный Баглан) по известным нам маршрутам. По пути мы встретили группу солдат АНА и передали им этого солдата. Больше я его не видел. Скорее всего, он ушел со службы, потому что поклялся, что больше не будет служить этой коррумпированной системе, предательским руководителям и диким американцам, убивавшим его товарищей по оружию на его глазах.
Через день мы достигли центра района Баглани Джадид, и я услышал весть о своей мученической смерти от друзей. На поле боя осталось более 100 убитых... Отмечу, что нам обещали помощь, но силы спецподразделений полиции и АНА не сделали ни шагу в нашу сторону от Пули-Баширхана. Нас предали в результате сделки между талибами, американцами и их генералами-наемниками из правительства Ашрафа Гани.
Но талибы не остановились только на отнятых у нас базах. Вскоре по предварительной сделке они приобрели еще 11 правительственных военных баз со всеми объектами и оборудованием. Базы сдались им со всей техникой и вооружением без боя. Под их контроль перешли восемь деревень, в том числе Мангалха, Кайсархил, Кокченар, Арабха, Голамбай и другие в районе Баглани Джадид.
Талибы обосновались в километре от центра района и больше не отступали. Правительство Гани не предприняло никаких действий, чтобы вернуть утраченные позиции, и это продолжалось до тех пор, пока весь Афганистан не был сдан талибам.
Деревня Мангалха названа в честь пуштунского племени «мангал», а ее жители — «накилины» (переселенцы) из южных провинций Пактика и Пактия, привезенные в Баглан во времена Захир-шаха. Они сотрудничали с талибами, и одной из причин, по которой эта группировка прижилась в регионе, было сотрудничество с ней племени мангал. С другой стороны, этот район провинции Баглан находился на пути следования террористических групп с юга на север. Собственно, этот маршрут из Гильменда, Самангана и Баглана в Кундуз и Бадахшан создали американцы со спецслужбами Гани. Иностранные террористы, укрывшиеся в этом районе, в настоящее время перебрались в микрорайон Инхисорот города Пули-Хумри, долину Келагаи провинции Баглан, провинции Кундуз и Бадахшан и беспрепятственно действуют. Таким образом, США и их ставленник Гани перебросили террористов из пакистанского Вазиристана в северный Афганистан на границы Центральной Азии.
Еще два момента: во-первых, никто из афганских и западных СМИ не обратил внимания на эту бойню; Во-вторых, никто из следственных органов не спросил меня и моих соратников, что произошло, потому что все они были замешаны в этой сделке и национальном предательстве и действовали по плану США.
Это было моим собственным свидетельством того, как Америка ведет игру в Афганистане. Ничего личного. США предали нас, но мы вернем свой Афганистан. Никогда не доверяйте Америке.
