Среди звука сползающей вниз скалы я услышал слабый голос, говорящий: «Боже, я мертв... Боже, я мертв».
Автор: Таха Панджшери, командир Фронта национального сопротивления Афганистана, специально для "Сангар"
Нам сообщили, что противник (Талибан) планирует в течение трех дней занять все вершины гор Панджшерской долины. Нас было человек двадцать, включая ребят-спецназовцев. За день до нападения врага мы хотели построить каменную кухню, чтобы защититься от дождя. Работа по строительству кухни была уже наполовину закончена, когда неприятель подошел к нам с партизанскими постелями и мешками, которые везли на мулах и лошадях. Их были десятки. Я не мог их сосчитать, так как нам нужно было как можно быстрее спрятаться от них. Мы обогнали врага и поднялись на вершину горы, не взяв с собой даже однодневной еды. Нам нечего было взять. Лишь некоторые ребята взяли с собой талхан и бутылку воды.
Точно так же первая, вторая и третья ночи были проведены на больших высотах горы. Мы каждую минуту наблюдали за врагом и не думали, что он намерен подняться к тому месту, где мы находимся. Но они были полностью готовы к восхождению на самую высокую точку горы. Там, где мы поднялись за одну ночь, враг поднялся за три дня. Они остановились там, где устали, отдохнули и продолжили движение в нашу сторону.
Надо сказать, что противник продвигался к высотам с нескольких сторон. Они двинулись с гор Шаба в горы Хару и с другой стороны через перевал Андараб. Мы застряли посередине, у нас не было возможности ни подняться, ни спуститься. Такая ситуация продолжалась пять ночей и пять дней. Мы подошли к тому месту, где противник подходил к нам от перевала Андараб через перевал Харза. С каждым мгновением враг приближался.
Было 9 утра, когда противник достиг пика Мулло Нав, в 100 метрах от нас. Пик Мулло Нав доминировал над точкой, где мы находились. Все мы, где бы мы ни были, превратились в камень. Мы не двигались. Противник начал стрелять. Мы думали, что выстрелы противника были направлены на наших товарищей и в каждом выстреле мы теряем одного из них. Потому что мы не могли двигаться и узнавать друг о друге. Мы просто сидели и внимательно прислушивались, чтобы услышать голоса парней, которые исчезли из наших глаз.
Словом, до восьми часов вечера все были на своих местах, ошарашенные. Бог ослепил врага и он не увидел нас. Кто-то из нас застрял на правой стороне холма, кто-то на левой, пока не наступила ночь. Мы впятером, находившиеся с правой стороны холма, воспользовавшись ночной темнотой, вышли на единственную дорогу, которая вела к глубине пруда у подножия холма Боми Танав, и спустились вниз. Путь, который мы прошли той темной ночью, был настолько труден, что его нельзя было безопасно пройти при дневном свете. Сложность моментов спуска не передать словами. Когда мы добрались туда, думая, что проблемы позади и что мы достигли безопасной точки и ровной дороги, мы поняли, что впереди нас ждал еще один долгий и трудный путь, и, так сказать, это было еще начало. Но нам нужно было идти. До этого момента, за исключением оружия, все остальное, что у нас было с собой, падало по мере того, как мы поднимались и спускались по этим отвесным скалам.
Мы снова продолжили путь. Я пошел вперед и сказал ребятам следовать за мной и понимать, что враг вокруг нас, не шуметь, и идти осторожно, чтобы камешки не скользили под ногами и враг узнал о нашем присутствии. Мы достигли места, где было очень темно. Было так темно, что, как мы ни старались, ни дороги, ни пропасти не было видно. Внезапно моя нога соскользнула, и я не мог себя контролировать. Я упал и потерял сознание. Когда я пришёл в себя, прошло несколько минут, и я увидел, что я один и со мной нет никого. Я вспомнил, что просил их подождать, пока я спущусь, и говорю им, чтобы они тоже спустились.
Я уже собирался позвать ребят, когда услышал звук движущегося камня в двадцати метрах. Среди звука сползающей вниз скалы я услышал слабый голос, говорящий: “Боже, я мертв... Боже, я мертв”. Звук сползающего вниз камня прекратился, и этот слабый голос позвал меня: “Назир, где ты? Иди сюда, Назир, иди скорее!” Это был Гулам Дастагир, заместитель командира (ныне командир) базы Пешгур. Я подошел к месту звука и сказал: “Не повышай голос! Враг услышит!”.
Я подошел к нему и увидел, что командир Дастагир тяжело ранен. Хотя мне самому было плохо, я помог командиру Дастагиру двигаться. Я подставил ему плечо, помог ему пройти несколько шагов, после чего он смог встать и пойти самостоятельно.
Было 2 часа ночи. Мы снова достигли перевала. Я упал от голода и жажды и не мог больше ходить. Я сказал Дастагиру и другим своим спутникам: “Вы идите, оставьте меня здесь, если я приду, то приду завтра вечером, когда стемнеет. Идите, благослови вас Бог!» Как бы они ни настаивали, я не мог и не хотел идти с ними. Наконец они оставили меня...
Мои спутники ушли, а я остался. Я остался до ночи. Используя темноту, я двинулся в сторону Хушканава. По дороге ко мне присоединился еще один из наших спутников по имени Мулла Ваджид, который, как и я, не смог выбраться из этого района накануне вечером. Мы спустились в пропасть, которая заканчивается на вершине селении Манджадар. Той темной ночью моя нога наткнулась на мягкий куст, я сказал себе, что этот куст раваша. После пятидневного голодания раваш оказался для нас вкуснее жареной курицы. Мы поели и снова пошли.
Мы все должны были присоединиться в Каре. На третью ночь я пришел туда, но там никого не было. Мулла Ваджид также отправился в дом своих родственников. Теперь я ничего ни о ком не знаю. Дай Бог, чтобы все они были живы и не попали в плен к врагу. Я ждал до полуночи, пока прибудут наши спутники, но никаких известий о них не было. Наконец, я также решил, что мне нужно добраться до места, где я мог бы найти что-нибудь поесть.
Я рассказываю эту историю, чтобы все знали: Сопротивление продолжается. Гиндукуш держится. Я воюю с самой невежественной, беспощадной и черной силой, врагами цивилизации - террористами. Я не знаю, куда идти и где остановиться, но знаю и верю, что иду к ясной цели - свободе моей Родины. Я терплю муки, чтобы мои дети могли жить в мире, а главное в свободной стране.
Да здравствует Сопротивление!
Гиндукуш, база Пешгур, 15 сентября 2022 г.
