Как была разрушена армянская мечта?
Автор: Тигран Авакян, аналитик (Армения)
Если бы Ленин не помог Мустафе Кемалю и не вторгся на Южный Кавказ, мир ХХ века сложился бы совершенно иначе. Судьба Турции, Кавказа и даже Советской России пошла бы по иному пути. Без советского золота, оружия, нефти и офицеров кемалистское движение не имело бы шансов на выживание. В 1920 году Кемаль оказался бы без тыла, без патронов и без возможности вести длительную войну против греческих и армянских сил, поддержанных Антантой.
В реальности Ленин передал Кемалю около десяти миллионов золотых рублей, десятки тысяч винтовок, сотни пулемётов и артиллерийских орудий, сотни миллионов патронов. Именно это и позволило турецким националистам выстоять. Если убрать этот фактор, греческие войска при британской поддержке взяли бы Анкару летом 1921 года, и Севрский договор вступил бы в силу в полном объёме. Армения получила бы границы по решению президента Вильсона — от Карса до Вана и Битлиса; Курдистан стал бы автономией под международным контролем; Константинополь и проливы — международной зоной; Греция закрепила бы за собой Восточную Фракию и Смирну. Турция превратилась бы в набор протекторатов, а кемалистская республика так и не возникла бы.
Одновременно, если бы Ленин не вторгся на Кавказ, Первая Республика Армения сохранила бы независимость, а не была оккупирована Красной армией. Грузия осталась бы демократической социал-демократической страной, Азербайджан — британским протекторатом с нефтяной экономикой, управляемой западными компаниями. На Южном Кавказе сложился бы небольшой, но устойчивый прозападный союз, что-то вроде Балтийского блока: Армения, Грузия и Азербайджан под британским влиянием, где Армения играла бы центральную роль. Британцы контролировали бы бакинскую нефть, а американцы помогали бы восстановлению армянских территорий. Без кавказской нефти и золота Ленин не смог бы стабилизировать экономику, и большевистская власть к середине 1920-х годов, вероятно, рухнула бы. СССР в привычном виде просто не возник бы.
В этом альтернативном мире Британская империя установила бы полный контроль над Ближним Востоком — от Суэца до Каспия. Франция закрепилась бы в Сирии и Ливане, Греция — на Эгейском побережье. Армения и Курдистан стали бы буферами между арабским и персидским регионами. Москва осталась бы без выхода к Персии и Турции, не имея возможности влиять на Восток. Мир стал бы англо-американским, без советской экспансии и без будущей холодной войны.
Азербайджан в такой ситуации не мог бы существовать как самостоятельное государство. Его власть держалась на турецких офицерах и британском гарнизоне, но без советского вторжения и без Кемаля баланс сил изменился бы. У мусаватистов не было устойчивой армии, их «государство» представляло собой конгломерат племенных вооружённых отрядов, между которыми не существовало дисциплины.
В Баку и Гяндже армяне составляли до половины населения, а административный аппарат и промышленность контролировались в основном армянами и русскими специалистами. Если бы регион остался под протекцией Антанты, Британия искала бы силу, способную стабилизировать Кавказ, и такой силой была именно Армения — дисциплинированная, с кадровыми офицерами и моральной легитимностью жертвы геноцида.
Таким образом, Азербайджан оказался бы либо в положении протектората Армении, либо частью широкой армяно-грузинской конфедерации, где именно Ереван выполнял бы роль политического центра. Баку стал бы международным портом под британским управлением, но при армянском военном присутствии. Варианты могли быть два: либо прямая аннексия в составе Великой Армении по Вильсоновским границам, либо автономный статус под армянским протекторатом. В обоих случаях мусаватское правительство исчезло бы, а бакинская нефть перешла бы под совместный контроль армянских и британских структур.
К 1925 году Армения контролировала бы Зангезур, Карабах, Нахиджеван, Гянджу и Баку; британская миссия обеспечивала бы безопасность портов; азербайджанская элита частично интегрировалась бы в новую власть как чиновники и промышленники, частично эмигрировала бы в Персию или Турцию.
Кавказ превратился бы в англо-армянский стратегический пояс между Чёрным и Каспийским морями. Без большевистского вторжения и без кемалистской Турции Армения стала бы основным политическим и военным центром региона, фактически вытеснив Азербайджан из политической карты.
Такой исход означал бы, что Советский Союз не смог бы подняться, Турция не возродилась бы, Азербайджан исчез бы как проект, а Армения заняла бы роль опорного государства Восточного Средиземноморья и Южного Кавказа. Это был бы совершенно иной век — век англо-армянского союза, где вместо Анкары и Москвы звучали бы голоса Еревана и Лондона, а в мире не было бы ни кемализма, ни советизма, ни последующей катастрофы Кавказа.
