Почему бастион сопротивления терроризму превратился в крупный лагерь террористов?
Автор: Абдулнасер Нурзад, исследователь в области безопасности и геополитики, специально для «Сангар»
Оригинал статьи: پنجشیر — پناهگاه جدید برای «القاعده»
С момента передачи власти талибам* эта группировка превратила Афганистан в безопасное убежище для многонациональных и международных террористических организаций, включая «Аль-Каиду» и ИГИЛ*. Предупреждения от некоторых держав о растущем влиянии этих группировок в различных регионах страны усилили обоснованные опасения по поводу нарастающих угроз безопасности. Среди этих угроз особое внимание привлекает расширение деятельности «Хорасанского» крыла ИГИЛ и сети «Аль-Каиды».
Согласно отчетам, «Аль-Каида» восстанавливает свои оперативные возможности в Афганистане. Несмотря на то, что талибы* и даже многие колониальные державы сознательно закрывают глаза на присутствие этой сети в стране, реальность такова, что «Аль-Каида» в тесном сотрудничестве с талибами создаёт новые базы в горных и стратегически важных районах, особенно в провинции Панджшер. Эти действия указывают на скрытые планы, направленные на вовлечение азиатских держав в противостояние с новым видом многонационального терроризма.
Местные источники в Панджшере сообщают, что «Аль-Каида» подготовила около 500 новых боевиков, преимущественно из арабских стран, а также некоторых из Сомали. Им проводят военную и идеологическую подготовку, обучение ведется на арабском и английском языках. Для них созданы специальные лагеря террористической подготовки.
Сегодня «Аль-Каида» достигла пика возможностей не только в военной сфере, но и в информационно-психологической войне, обучая как женские, так и мужские агитационные группы для поддержания боевого духа талибов*. Многие члены талибов и их союзники из числа экстремистских групп выступают против политики взаимодействия талибов с внешним миром. Осознавая это недовольство, «Аль-Каида» с помощью религиозной пропаганды и психологической войны предотвращает расколы в рядах радикальных сил, как это происходило во время переговоров в Дохе. Использование аятов Корана для построения нарратива, продвижение концепции «стратегического терпения» и применение онлайн-ботов для отвлечения общественного мнения и обмана иностранных разведслужб — лишь часть тактик этой сети.
Но ключевой вопрос — почему талибы* и «Аль-Каида» выбрали именно Панджшер — давний оплот и символ сопротивления терроризму — в качестве своей новой базы? Ответ кроется в сочетании географических, военных и стратегических факторов.
Горный рельеф Панджшера с глубокими и труднодоступными долинами обеспечивает естественное и надежное укрытие от наземных и воздушных атак. Трудности доступа к внутренним районам, возможность создания туннелей и укрепленных оборонительных позиций, а также природная защита от ударов беспилотников и ракет делают эту провинцию неприступной крепостью.
История сопротивления советской армии и талибам укрепила местную оборонительную культуру и способность к мобилизации. Близость к северным границам и горным перевалам предоставляет «Аль-Каиде» пути отхода и пополнения, а закрытая социальная структура осложняет работу разведывательных служб. Наличие складов оружия, оставшихся со времен джихада, контрабандные маршруты для снабжения террористических групп, стратегическое расположение рядом с Бадахшаном, Салангом, Нуристаном и Парваном, а также возможность предотвратить формирование фронта сопротивления путем создания лагерей и убежищ — всё это делает регион чрезвычайно ценным как для талибов, так и для «Аль-Каиды».
Выбор Панджшера имеет не только тактическое, но и два ключевых стратегических измерения:
Стратегия дестабилизации региона в интересах террористических движений и их зарубежных покровителей.
Стратегия «ребалансировки» — оказание давления на региональные державы, такие как Россия и Китай, путем размещения в непосредственной близости от их зон влияния. Эта стратегия направлена на привлечение внимания негосударственных акторов в Юго-Восточной Азии, Восточной Европе и на Ближнем Востоке через обманные и втягивающие тактики в северном Афганистане.
С геополитической точки зрения действия талибов* и «Аль-Каиды» в Панджшере могут стать поводом для вмешательства или усиленного давления со стороны таких внешних игроков, как Иран, Россия и Китай. В информационной войне использование «Аль-Каидой» закрытой географии Панджшера для тестирования новых методов маскировки и кибервойны демонстрирует новые формы гибридных тактик в руках негосударственных акторов.
Во внутреннем плане растущая обеспокоенность талибов* усилением оппозиционных движений вынудила их разместить «Аль-Каиду» в Панджшере для обеспечения стратегической безопасности Кабула и перевала Саланг от любых попыток сопротивления.
Таким образом, Панджшер превратился из символа сопротивления в сложную площадку, где талибы, «Аль-Каида»* и их международные партнеры не только используют его географический потенциал, но и превращают его в щит и трамплин для достижения своих стратегических целей.
*Организации, признанные террористическими и запрещённые во многих странах.
