Если нравственность убрать из политики, разбой лучше политиканства.
Автор: Хафиз Мансур, писатель и политик, специально для «Сангар»
***
В годы джихада господин Мухаммад Хасан Вулусмал издавал в Пешаваре еженедельную газету под названием «Муджахид-и Вулус». Помимо проклятий и нападок на Советский Союз и его агентов, издание также критиковало джихадистские организации, располагавшие свои штаб-квартиры в этом городе; ни один номер не выходил без подобных материалов.
В те годы господин Гульбеддин Хекматияр представлял себя более серьёзным и активным по сравнению с другими лидерами джихада. Он обратился к пакистанской полиции с просьбой арестовать Вулусмала — и это было сделано: Вулусмала доставили в полицейский участок. Возможно, некоторые руководители джихадистских партий были довольны этим событием, поскольку бесстрашный и резкий критик был задержан и должен был понести наказание. Однако профессор Раббани, лидер партии «Джамиат-и Ислами», счёл этот инцидент недопустимым и предпринял шаги для освобождения Вулусмала. В итоге он был освобождён, и Раббани даже организовал меры по обеспечению его личной безопасности.
Аргумент Раббани заключался в том, что если не пресечь подобные действия пакистанской полиции, то в будущем они с ещё большей дерзостью будут арестовывать любых командиров и лидеров джихада по собственному усмотрению.
***
В те же годы Сарвар Нуристани, известный марксистский офицер в Нуристане, создал вокруг себя сеть и оказывал определённым лицам в этой провинции финансовую и военную поддержку. Из-за стратегической важности провинции Нуристан эти люди иногда мешали снабженческим караванам моджахедов.
Правительство Пакистана решило устранить эту мешающую силу и разработало план коммандос-операции. Все лидеры джихадистских партий согласились на её проведение; однако профессор Бурхануддин Раббани вновь выразил несогласие и предотвратил атаку.
Раббани заявлял, что нельзя позволять пакистанцам вмешиваться на территорию Афганистана/Хорасана, поскольку такое вмешательство со временем расширится и нанесёт ущерб будущему нашей страны.
***
Через месяц после полного вывода советских войск из Афганистана началась битва за Джелалабад. В рамках этой кампании планировалось, что Ахмад Шах Масуд перекроет шоссе Саланг, чтобы перерезать главную снабженческую артерию кабульского режима. Для этого ему даже были направлены двести тысяч долларов США (подробности описаны в книге Стива Колла «Война призраков»). Однако Ахмад Шах Масуд участия в операции не принял и не предпринял действий для блокирования дороги Саланг.
В интервью западному журналисту Масуд заявил, что кабульский режим сможет обеспечить себя снабжением и другими путями, однако закрытие шоссе Саланг нанесёт ущерб тысячам обездоленных жителей Кабула, которые и без того с трудом выживают.
***
В 1368 году (1989–1990 гг.) после консультаций с лидерами джихадистских организаций правительство Пакистана разработало план многостороннего наступления на Кабул. Этот план был принят после поражения в битве за Джелалабад и провала попытки переворота Шах Наваза Таная. Ахмад Шах Масуд также был приглашён в Пакистан для обсуждений — это была его единственная поездка в Пакистан в годы джихада.
В беседе с Мирзой Аслам Бегом, начальником штаба пакистанской армии, Масуд охарактеризовал план как ошибочный как с военной, так и с гуманитарной точки зрения и отказался участвовать в операции. В результате широкомасштабное наступление на Кабул, к которому уже велась подготовка, было отменено.
Масуд говорил: эта война приведёт к гибели тысяч невинных людей, и мы не можем принимать в ней участие.
***
Однажды Мухаммад Садик Рахи, брат доктора Наджибуллы, главы кабульского режима, отправился в Пакистан. По его словам, была издана брошюра под названием «Познайте Наджиба» на двух языках — персидском и пушту — тиражом в тысячи экземпляров. Вместо критического анализа политической деятельности Наджибуллы, брошюра в основном освещала сведения о его личной и семейной жизни.
Правительство Пакистана распространило эту брошюру среди беженцев, а также направило часть тиража внутрь Афганистана/Хорасана.
Кака Джан-Мухаммадхан, который в то время отвечал за снабжение Шуры Наззар (Наблюдательного совета) в Пакистане, вспоминает:
«Нам также передали 50 коробок этих книг, чтобы отправить их внутрь страны. Из них я отправил 4 коробки, так как тогда приоритетом была отправка оружия и боеприпасов, а не книг.
Когда книги прибыли на фронт, Ахмад Шах Масуд при первой возможности прочитал одну из брошюр, затем вышел на связь по рации и спросил:
— Кто дал вам эти книги?
— Правительство Пакистана.
— Сколько их?
— 50 коробок.
— 4 коробки уже здесь, а остальные у вас?
— Да, ещё 46 коробок готовы и находятся у нас.
— Брат мой! Как только закончишь разговор по рации, возьми несколько канистр с топливом, облей ими книги и сожги. Проследи, чтобы всё сгорело полностью. Понятно? Не проявляй беспечности!
Кака Джан-Мухаммадхан говорит, что согласно приказу Амир-сахиба (Ахмад Шаха Масуда) он сжёг книги.
Несколько месяцев спустя, когда я вновь прибыл на фронт, я спросил Масуда, почему он не позволил доставить книги.
Масуд ответил:
— Да, сейчас мы враждуем с Наджибом, но это наша внутренняя вражда. Какое право имеет Пакистан так злонамеренно и безжалостно говорить о одном из крупных деятелей Афганистана? Если их не остановить, завтра они будут писать и печатать книги уже о других.
Годы прошли. Режим доктора Наджибуллы пал, и я стал гостем Наджиба в гостевом доме Организации Объединённых Наций. Мы иногда общались. Однажды я рассказал ему историю с книгами и приказ Масуда их сжечь. Доктор Наджибулла расплакался и сказал:
«Мы думали о нём так, а он думал иначе».
***
В первые годы сопротивления покойный доктор Абдулла Лагмани был одним из тех, кто ездил между фронтом и Пакистаном. В двух случаях я видел, как вместе с письмами и посланиями, отправляемыми некоторым лицам, Ахмад Шах Масуд передавал через него наличные генералу Шахнавазу Танаю.
Как сказал поэт:
«Из котла зрелых не доносится шум,
Крик поднимается от незрелых.»
Я, по своей незрелости, возразил: зачем отправлять деньги беглому организатору переворота?
Масуд ответил:
— Брат мой! Он ведь когда-то был министром обороны Афганистана/Хорасана — его рука не должна протягиваться к пакистанцам!
Я изложил эти события без комментариев и интерпретаций, а вы, уважаемые читатели, можете оценить их в контексте воздушных ударов Пакистана по территории нашей страны.
Если нравственность исключить из политики, разбой лучше политиканства.
