Почему русские терпят капризы Талибана, когда это движение игнорирует их требования?
Автор: Абдунасир Нурзад, исследователь по вопросам безопасности и геополитики, специально для “Сангар”
Здесь мы отвечаем на этот вопрос: почему Россия хочет исключить Талибан из списка террористических групп? Наш ответ на этот вопрос заключается в изучении основ геополитических расчетов России, а также ее целей в сфере безопасности и политики, которые полностью очевидны в Афганистане, находящемся под контролем Талибана.
Россия была одной из первых стран в регионе, которая установила контакт с Талибаном. После падения республики ее посольство в Кабуле не закрылось. У русских нет ничего общего с Талибаном. Талибан — это полностью западное явление, реакционное и связанное с терроризмом и экстремизмом. Однако недавнее решение России исключить Талибан из списка террористических групп показывает, что Россия не желает вмешиваться на южном фронте в текущей ситуации, с войной на Украине и тупиком, который сложился, с одной стороны, и широкомасштабным конфликтом на Ближнем Востоке, в котором также участвуют негосударственные субъекты, с другой стороны.
В этой связи Россия стремится к военному и разведывательскому сотрудничеству с Талибаном, с одной стороны, чтобы уменьшить вероятность выхода Талибана из-под контроля и установления с ним контакта, а с другой стороны, для достижения своих геополитических целей и их подмножеств, таких как геостратегические и геоэкономические дорожные карты, которым необходимо следовать. Более того, похоже, что присутствие ИГИЛ-Хорасан и десятков других террористических группировок заставило Талибан и Россию найти общую почву для сотрудничества.
Но насколько нам известно, Талибан получает дань не только от России, но и от всего региона. Таким образом, Талибан увеличивает угрозу ИГИЛ и распространяет его горькие побочные эффекты, что является результатом их разведывательной работы. Таким образом, они используют Россию с Ираном и Китаем в своих взаимодействиях в регионе и извлекают выгоду из права вето России и Китая в Совете Безопасности, чтобы сохранить свою власть. Следует отметить, что в дополнение к теплым отношениям между русскими и Талибаном, у Китая также хорошие отношения с этой группой, и его присутствие в Афганистане стало очень шумным.
Андрей Коробков, эксперт Московского института стратегических исследований, сказал, что, исключив название Талибана из списка запрещенных групп, Россия стремится расширить военное и разведывательное сотрудничество с Талибаном и совместную борьбу с ИГИЛ. Коробков сказал: «Этот шаг позволит России расширить военное и разведывательное сотрудничество с Талибаном. Это сотрудничество может включать поставки легкого оружия [Талибану] и соглашения об инвестициях в энергетический и горнодобывающий секторы».
Общепринятое мнение заключается в том, что цели России включают борьбу с терроризмом и любой угрозой национальной безопасности России и ее партнеров в Центральной Азии, обеспечение того, чтобы ее конкуренты больше не присутствовали в Афганистане, инвестиции в горнодобывающий и энергетический секторы, открытие российских рынков в Афганистане, использование транзитного положения Афганистана для содействия процветанию российской экономики и расширения торговых связей с Южной Азией, обеспечение безопасности Центральной Азии и коллективные усилия по сотрудничеству с Китаем и Ираном.
В то же время конкуренция за контроль и связь с Талибаном стала горячей точкой в отношениях между Россией, Китаем и Ираном, все из которых борются за большее присутствие в управляемом Талибаном Афганистане. Хотя Талибан был приглашен в качестве гостей на две встречи в Москве, не только Россия, но и ни одна другая страна в регионе или за его пределами не рискнула официально признать эту группу и ее режим.
Более того, просьба россиян на последних двух встречах в московском формате о формировании инклюзивного правительства и проведении реформ со стороны Талибана осталась без ответа, однако фактическое признание режима Талибана и обеспечение тактического сотрудничества можно отнести к стратегическим целям России, которые во многом коренятся в ее обеспокоенности безопасностью Афганистана, находящегося под контролем Талибана.
