Критика мирного плана проигравшего дипломата
Автор: Мейсам Тахери
Источник: журнал “Глобальный Юг”
Мохаммад Джавад Зариф вновь вышел из тени. На этот раз — не за столом переговоров, не в залах Вены, а на страницах журнала Foreign Affairs — американского издания для американской аудитории, написанного на языке, более привычном для Вашингтона, чем для Тегерана. Он представил план, который сам называет «с позиции победы». Однако любой читатель, хотя бы немного знакомый с реалиями этой войны и с природой администрации Дональд Трамп, за этими воинственными словами услышит знакомый сигнал: капитуляция.
Первое: послание тому, кто никогда не услышит
Зариф адресует свой план администрации, которая с самого начала и до конца не верила и не будет верить ни в какие соглашения. Эта администрация живёт ложью, принимает решения на основе иллюзий и оправдывает любое поражение, выдавая его за победу. Трамп — не тот человек, который понимает концепцию «win-win»; в его мышлении любая сделка — либо полная победа, либо бомбардировка. Он никогда не признавал отступлений, не признавал потерь и не соглашался на компромисс с оттенком равенства.
Исходя из этого, единственный реальный способ заставить Трампа хотя бы пересмотреть свою позицию — не договориться, а лишь пересмотреть — заключается в том, чтобы поставить мировую экономику под серьёзную угрозу, настолько, чтобы его внутренняя аудитория на Уолл-стрит подняла шум. Однако Зариф вместо давления предлагает уступки. Это не дипломатия с позиции силы — это просьба, замаскированная под язык победы.
Второе: ты выкладываешь главный козырь на стол — а потом торгуешься?
Предложение Зарифа «открыть Ормузский пролив в обмен на снятие санкций» фактически превращает главный рычаг давления Ирана — карту, способную встряхнуть мировую экономику — в предмет торга. Это не тактическая уступка, а стратегическая капитуляция.
И разве Зариф забыл, чем заканчивались такие сделки? Опыт СВПД перед глазами: Иран сделал реальные ядерные уступки — а что получил взамен? Спустя несколько лет Трамп одним указом объявил о выходе, и все санкции вернулись. Это поражение, это историческое унижение не стало уроком ни для Зарифа, ни для его союзников. Будто СВПД был не стратегическим провалом, а «повторяемым недоразумением».
Похожие предложения ученики самого Зарифа передавали США через оманского посредника в последнем раунде переговоров. Каков был ответ Вашингтона? Бомбардировки Ирана. И теперь Зариф возвращается к тому же столу с теми же идеями?
Третье: ты знаешь, что ошибаешься — но всё равно пишешь
Зариф сам признаёт, что колебался перед публикацией статьи. Это признание — не признак скромности, а доказательство его самосознания: он понимает, что идёт против течения общества. Против вооружённых сил. Против того, что демонстрирует иранская армия на поле боя. Против воли общества, которое под бомбардировками скандирует: «ни капитуляции, ни компромисса».
Тем не менее он продолжает писать. Почему? Потому что эти «сомнения» — не голос совести, а защитный механизм. Старый приём: сначала сказать «я знаю, что не должен этого говорить», чтобы потом, в случае критики, заявить «я сам говорил, что сомневался». Это не искренность — это управление образом.
За этим «сомнением» скрывается и другое послание: народ, вооружённые силы, защитники страны — вы не понимаете. Нужен некий «просвещённый», который укажет правильный путь. Этот дипломатический снобизм — возможно, самый неосознанный, но и самый неприятный слой текста.
Четвёртое: где Израиль?
Во всей этой длинной статье бросается в глаза одно важное отсутствие: Израиль. Зариф пишет об Америке, о Дональд Трамп, о Кушнере, о Уиткоффе — но ничего не говорит об Израиле, о Биньямин Нетаньяху и о сионистском лобби в Вашингтоне, которое никогда не допустит существования сильного, объединённого и экономически мощного Ирана.
Это отсутствие не случайно. В своей модели мышления Зариф сводит проблему к двустороннему уравнению: Иран и США. Однако реальность этого конфликта — треугольная. Израиль не стоит в стороне — он является одним из ключевых двигателей происходящего, силой, которая никогда не примет сильный и процветающий Иран, даже если Вашингтон этого захочет.
Зариф либо не видит этой реальности — что маловероятно — либо сознательно её игнорирует. Оба варианта одинаково вызывают тревогу.
Пятое: нефтяные инвестиции как приманка
Зариф предлагает, чтобы американские компании инвестировали в нефтяной сектор Ирана. Как будто Мухаммед ибн Салман и его партнёры в Персидском заливе не предлагали США то же самое — только в гораздо более выгодной форме и с большими ресурсами. И каков был результат? В момент реального кризиса США оставили их и твёрдо встали на сторону Израиля.
Дипломатия в стиле «убейте нас, но инвестируйте в нашу нефть» не сработала ни в Эр-Рияде, ни в Абу-Даби — и уж точно не сработает в Тегеране.
Трамп не понимает «win-win». Он либо хочет всё, либо прибегает к бомбардировкам. Зариф это знает. Но всё равно пишет.
Шестое: великое открытие «Гардиан»
The Guardian в пояснительном тоне пишет, что эта статья «отражает линию мышления, существующую в части иранского истеблишмента». Какое великое открытие. Будто течение Рухани–Зариф в Иране было скрытым, будто эта линия мышления — стремящаяся к компромиссам в ущерб Ирану ради нормализации отношений с Западом — не существовала открыто на протяжении многих лет.
Западные СМИ делают это «открытие», потому что им это необходимо: им важно показать, что «внутри Ирана существует стратегический раскол». Зариф — сознательно или нет — стал инструментом этого нарратива.
Седьмое: ядерная иллюзия
Зариф по-прежнему придерживается старого тезиса: если Иран откажется от своей ядерной программы, исчезнет причина для атак. Этот аргумент не только игнорирует прошлое — поскольку никогда не было доказано, что Иран стремился создать бомбу — но и показывает, что Зариф либо не понимает природу этого конфликта, либо не хочет её понимать.
Эта война не из-за ядерного оружия; она связана с выживанием и региональной мощью Ирана. Сильный Иран — даже без единого грамма обогащённого урана — представляет угрозу как для Израиля, так и для системы американской гегемонии на Ближнем Востоке.
В заключение: ни Зариф, ни Пезешкиан
К счастью — и, возможно, это единственное настоящее «к счастью» во всей этой истории — в современном Иране, в условиях навязанной войны, решения принимаются не Зарифом, не Масуд Пезешкиан и не каким-либо министром иностранных дел. Существует некое закрытое военно-политическое ядро, которое определяет реальную стратегию, а Министерство иностранных дел лишь исполняет повестку, спущенную сверху.
Зариф это знает. Поэтому эта статья — не операционный план и не реальный вариант для принятия решений. Это попытка возвращения — вместе с Рухани — возвращения течения, которое неоднократно демонстрировало готовность к уступкам в ущерб Ирану — попытка заявить: «я всё ещё здесь. я всё ещё имею значение».
Господин Зариф, история помнит миротворцев — это правда. Но история также помнит и тех, кто в момент победы протянул руку капитуляции — и предателей.
