Претензии на Дюранд, как в прошлом, так и сегодня, — это всего лишь племенная игра.
Автор: Навруз Хамиди, аналитик (Афганистан)
Признание существующей границы с Пакистаном — это признание реальности, чтобы в будущем энергия государства и нации не тратилась, как раньше, на иллюзию, предназначенную в основном для внутреннего потребления, ведь мир уже признал эту границу.
Лживые пропагандистские кампании, начатые во времена Сардора Дауда и его окружения, а в наше время продолженные другими популистами, превратили спор о Дюранде для некоторых из политического вопроса в вопрос чести. Недоброжелатели постоянно пытались представить отказ признать линию Дюранда и притязания на земли по ту сторону границы как символ патриотизма и афганской гордости.
Между тем все прежние паштунские монархи — амир Хабибуллах-хан (в отдельном договоре с британцами 21 марта 1905 г.), амир Амануллах-хан (в мирном договоре Равалпинди 18 августа 1919 г.), Мухаммад Надир-шах (отправивший своего брата Сардора Шах Вали в Лондон в 1930 г.) — признавали соглашение Дюранда. Даже Захир-шах признавал линию Дюранда до 1949 года, когда Национальный совет Афганистана, под впечатлением авиационного удара Пакистана по Пактие, эмоционально объявил аннулирование прежних договоров с Британией. Ни один из этих монархов не был обвинён в национальной измене.
Линия Дюранда признана международным сообществом. Не только Запад, но и все исламские страны неизменно поддерживали позицию Пакистана. Почти все страны региона, кроме Индии, также стояли на стороне Пакистана, так как сами состоят из различных этнических групп и боятся распада по этническому признаку.
Архитекторами этнического мышления в современной истории Афганистана были Дауд-хан и его брат Наим-хан. Стремясь заручиться поддержкой паштунов по ту сторону линии Дюранда, они громко провозглашали лозунги о «свободе паштунов», хотя сами почти не знали их языка и культуры.
Американский дипломат и афганистановед Леон Павелада в своей книге «Королевство Афганистан и США с 1828 по 1973 год» приводит разговор между Сардором Мухаммадом Наимом (братом Дауда) и генералом Айюб-ханом по вопросу Пуштунистана. Айюб-хан говорил с ним на пушту, но Наим не знал языка. Айюб-хан сказал ему на пушту: «Как ты можешь говорить о Пуштунистане, не зная языка?» Фактически Дауд-хан заложил внешнюю политику страны на идею Пуштунистана.
Из-за этой политики правительство Дауда потеряло дружбу и сотрудничество с западными, арабскими и соседними странами — в частности с Ираном и Пакистаном. Между тем паштуны и белуджи по ту сторону границы не оказывали реальной поддержки. Этот вопрос постепенно сблизил Дауда с тогдашним Советским Союзом.
Националистические партии по ту сторону линии Дюранда ежегодно получали огромные суммы от правительства Афганистана под предлогом «поддержки паштунов», что серьёзно подрывало экономику страны.
Мировые державы признают Афганистан и Пакистан в их нынешних границах. Территориальные претензии на Пакистан, выдвигаемые наёмной группой «Талибан», полностью рассчитаны на внутреннюю аудиторию. Претензии на Дюранд — как в прошлом, так и сейчас — всего лишь племенная игра.
Районы Мерв и Панждех также были переданы России в рамках другого позорного договора, подписанного тем же амиром Абдуррахман-ханом. Противники линии Дюранда никогда не требовали возврата этих земель, так как это не входит в их политический проект.
